fekla_fedotova


Фото и не только

Объективный взгляд на мир:)


Previous Entry Share Next Entry
Сказка о том, кому гоблины являются?
fekla_fedotova

Сильно ругали меня за этот рассказ на грелке. Но мне он отчего-то нравится:) Упрямая я, видимо.

 

Захватили нашу деревню полосцы, соседи наши. С магией знаются, Шаман у них сильный - куда нам сопротивляться? - Десять домов на берегу реки. Так они с того берега приплыли, тиной себя обвешали и не видно дозорным было, как они подбираются. Первым их заметила тетка Завна, как увидела, что на нее идет зеленое чудище движется, схватила вилы и давай орать:

- Насилуууют! Лееешииий! Люди добрые! – На нее, конечно, только леший и позарится. Но мужики сбежались, посмотреть на смельчака, что на Завну прельстился. Глядь, а вокруг нежить наступает из воды, вода с них капает, когтищи огромные (это они в темноте тину за когти приняли). Не растерялись, и с воплями такого стрекача задали, что до ворот только пятки сверкали. Открыли, чтобы убежать, а там их соседнее племя и схватило.

Все это я узнал, пока нас в полон вели. Глашка, с которой нас на сеновале застукали, все выспрашивала у плененных соседей, что произошло.  А потом мне поведала. Как поведала, так и реветь начала. Да я бы тоже заревел. Год ее обхаживал, первый раз на сеновал затащил, а нас схватили. Хорошо хоть Глашка ломалась, а то без одежды бы были,  так бы и повели. А то и с Глашкой чего сотворили. Вот некстати. И ведь с серьезными намерениями затащил, на утро думал жениться звать, ну, или на следующей неделе. В крайнем случае, через месяц!

В деревне я чужой. Все с опаской поглядывают, да колдуном считают. А вся моя колдовская сила в мозгах, да бензиновой зажигалке, все, что  из  родного мира осталось. Я ведь родился совсем под другими звездами или может вообще в другой вселенной. Надрались мы как-то с ребятами из Малых кочек, а городские травки принесли пыхнуть. А дальше я не помню ничего. Очнулся уже в Подлесье – это деревня, из которой меня полосцы увели.  Вездесущая бабка Завна и обнаружила. Я у ее колодца мирно спал, она меня обнаружила и давай орать. Она в селе вместо набата. Все и сбежались. Сначала бока хотели мне намять, потом увидели, что я с похмелья, мужики пожалели. Рассольчику принесли. А потом как-то остался. Сначала, конечно пытался выяснить где я, а когда понял, что здесь и магия есть, и гномы в пещерах живут… Сначала думал сказки. Да вот с неделю назад с гномами бражничал. Люди, как люди, только маленькие и  все в морщинах.  

Жить меня к кузнецу определили - к нему в помощники пошел. Руки у меня, откуда надо выросли. А кузнецу веселее. Семьи своей у него никогда и не было. Он меня за сына стал считать. Через полгода, предложи мне кто в мое спивающееся село вернуться, ни за какие коврижки не уговорили бы. Опять же Глашка мне приглянулась.  Все хорошо было: у кузнеца в помощниках хожу, Глашка согласилась со мной на сеновал пойти. А раз согласилась, значит пойдет на утро к отцу жаловаться, что невинности ее лишил, и жениться придется. А я не против. Да вот полосцы, проклятые, нас захватили.

Привели нас, да и в земляную яму кинули.  Бабы ревут. Мужики ругаются. А охранники наши глумятся над нами, да огрызки с костями на голову кидают. Глаша подошла ко мне, голову на грудь склонила и причитает: «Так и не поженились мы с тобой, сгину в расцвете лееет!» Так мне ее жалко стало. Да и селян наших. Только добро от них видел. Думаю, все равно пропадать, а так хоть что-то сделаю. Поднял голову и кричу:

- Эй, нелюди проклятые. С шаманом поговорить хочу! – посередь ямы встал, руки в бока упер.

- Так он с тобой говорить и будет, – ржут, сволочи, а сами в меня кости кидают, кто в голову попадет, тот и молодец.

- Будет, - говорю, - я тайну огня знаю. Приручить могу и в кармане носить. Перед смертью рассказать хочу, чтобы тайна не пропала! – а сам уворачиваюсь от костей.  Им, значит, веселье. Они еще пуще в меня кидают. Зато соплеменников моих в покое оставили. Но тут призадумались.  Послали к шаману гонца. Слышу топот и крики: «Этого срочно к шаману!». Смотрю, доски откинули, что нашу яму прикрывала. Веревку сбросили. Все наши деревенские притихли, на меня смотрят. А я за веревку схватился, Глашке подмигнул, и наверх полез. Пусть думает, что я герой. Хорошо не видела, как мне наверху руки крутили, да по земле валяли.

- Смотри! Если обманул, первый помрешь.

Повели к шаману. Видать тут тоже бабы языкастые, а  может и мужики. Пока меня вели, все полосцы свои кибитки побросали, на улицу высыпали и на меня смотрят. А я весь в пыли, руки за спину закрутили, гляжу на всех, улыбаюсь. Пусть думают, что безумный. Безумных всегда бояться.

Подвели меня к шалашу. Весь шкурами покрыт. Огромный. Внутрь впихнули, а сами все снаружи остались. Гляжу, сидит мужик, весь в каких–то бусах, грязный. Запах от него, как от коровы, что год не мыли. Я дыхание затаил, дышу через раз. А сам думаю, что ж сказать-то ему? Ну и без слов в карман залез, зажигалку свою достал и чиркнул. Шаман на мое чудо посмотрел. Губами пошамкал и спрашивает:

- Откуда у тебя чудо такое?

- Сам придумал, - отвечаю. – А хочешь, и тебя научу. Только ты моих соплеменников в деревню верни.

- Ишь, хитрый какой, - вспылил шаман. Аж, подскочил на месте. – Ты что думаешь, я на твой огонек все село променяю!

- Не на огонек, дяденька. А на силу. По всему миру слава о тебе пойдет, что ты огонь укротил. Бояться тебя будут, – сам его уговариваю и молюсь: только бы согласился.

Шаман хитро прищурился и говорит:

- Приму я твое знание. Но ты должен пройти одно испытание, а вдруг твое чудо во зло мне обратиться. Чтобы доверять я тебе мог, выкури со мной волшебную траву. А потом расскажешь, что ты видел. Если доброе тебе привидится, то и знание твое доброе. Значит, и деревню спасешь, и мир с тобой заключим. Набегов больше чинить не будем.

- Неси свою траву, - выдохнул я.  А сам догадался, что за волшебное зелье шаман предлагает. Из-за него я и не помню, как сюда попал. Авось не помру. Шаман на меня зыркнул, полез в сундук, на котором сидел. Долго там возился, потом что-то достал.

- Садись, - говорит. И протягивает мне обычную самокрутку. – Я курить буду, а ты за мной все движения повторяй.  

Сел, ноги скрестил. Я повторяю за ним. Глаза закрыл, лучиной прикурил. А я зажигалкой своей. И начал раскачиваться, затянется, дыхание задержит и выдыхает.  Я тоже самое делаю, только глаза не закрываю. Тут, вдруг, шаман упал и стал ногами дрыгать, да кричать, будто его режут. Пришлось повторять. Воины полосцкие заглянули, видят, что мы на полу кочевряжимся, переглянулись и вышли. Значит не впервой им такое видеть.

Шаман тем временем затих. И что-то тихо бормотать начал. Сел я, огляделся. Шатер и есть шатер. По углам веники какие-то стоят. В центре котел, рядом горшки. Один открыл, нос туда сунул. Понял, чем так от шамана пахнет, в другие не полез. А трава все не действует. Или подшутил надо мной старый? Пошел к нему, ногой потрогал, а тот будто не слышит и не чувствует ничего. «Дела», - думаю. Тут за сундуком зашевелилось что-то. Глянул я и чуть не заорал, как шаман давеча. Смотрит на меня, глазища огромные, зрачки вертикальные, а само зеленое все. Я к двери пятиться стал и вдруг слышу:

- Ты, Андрюша меня не бойся. Безобидный я. Только вот помочь тебе хочу, – а сам из сундука вышел. В шкурки крысиные завернут, будто мантия у него. На плече оскалившаяся голова крысы дохлой. Ножки-ручки кривенькие, а сам росту небольшого. Ну что он мне сделать может? Остановился.

- И как же ты мне поможешь, чудище зеленое, – улыбаюсь я ему, уж больно он забавно ножками перебирает.

- Ты надо мной не смейся. Освободить своих хочешь? – глазками хлопает и смотрит на меня.

- Хочу, конечно. Но что я сделаю? Тут полно полосцев. Они меня враз скрутят.

- Эх, перевились, добры молодцы. – Вздыхает зелененький.  – Вот раньше прискачет, булавой помашет, добро направо и налево совершит. Принцессу утащит. Слава ему и почет. Но это потом, когда легенды менестрели, им же подкупленные, былины сочинят, да споют. А до этого, конечно ищут, чтобы ребра ему пересчитать. Эх, заговорился я что-то. Ну что? Спасать-то идем?

- Идем, - говорю. Хуже уже не будет. – Ты хоть скажи, что ты за чудо такое?

- Я главный шаман гоблинов, - отвечает зелененький. А сам грудь свою выпятил, живот подобрал, глазами светит, ну точно царь.

- Ладно, шаман так шаман, - примирительно говорю я. Тот как-то недоверчиво глянул на меня, но промолчал. Подошел к выходу, выглянул. Рукой машет, подойди мол. Смотрю, а охраны и нет. Ушли куда-то. Мы выскочили и к яме. Я было бежать собрался, а гоблин меня за рубаху схватил и говорит:

- Куда!? Ты если не хочешь подозрение на себя навлечь, иди спокойно, будто так и надо, – и сам так степенным шагом идет. Огляделся я, местные на него покосились, да дальше своими делами занялись. Я и пошел дальше. Тоже вышагиваю степенно. Будто на прогулку вышел. Подошли к яме. Там охранники сидят. А гоблин мне и шепчет:

- Скажи, у шамана выменял знание на людей своих. Пусть отпускают.

Я злую рожу скорчил, да как гаркну:

- А ну освобождайте моих людей! Шаман велел, – а у самого поджилки трясутся. Но охраннички подскочили, да стали деревенских из ямы вытаскивать. Я дождался, пока староста вылезет, отвел его в сторонку и шепчу.

- Ты быстро их собирай, да бегите в лес. В деревню пока не возвращайтесь, посмотрите,  может и вернуться за вами, а нет вас там. И набегов больше не будет. Вернетесь, заживете, как раньше. А я, если повезет, к вам вернусь. 

Староста на меня покосился. Руку боязливо пожал, да побежал к своим что-то втолковывать. А к шаману в шатер пошел, отвлекать, значит. Тут меня гоблин за рукав дергает.

- Ты что ополоумел. Шаман, как в себя придет, тебя сразу и укокошит.

- Неправда твоя. Я расскажу ему все как есть. Он справедливый, иначе проверок мне учинять не стал бы, а на пытки бы отправил и знание то у меня выведал.

- Дурак ты, – сплюнул гоблин. – Может он тебя еще, и славить как героя будет? За то, что ты у него из под носа добычу увел?

- Он воинов возглавляет. Понять должен, – упорствую я.

Сплюнул гоблин и убежал куда-то. А я в шатер вошел и сижу. Уже тело все затекло, а шаман все в себя не приходит. Лежит что-то бормочет. Вечер уже настал. Я сижу о Глаше мечтаю, как мы заживем с ней. Детишки у нас будут на нее похожи. Мальчишки рукастые. Девчонки пригожие. Я сам кузнецом со временем стану. Деревню нашу укреплю, чтобы ни один воин больше к нам не сунулся.

Слышу, шаман очнулся. Поворочался. Глаза свои узкие открывает и смотрит на меня, будто не узнает. Потом головой помотал и спрашивает:

- Ну и что ты видел, иноземец?

- Ничего не видел. Не взяла меня твоя трава. А пока ты видения свои смотрел, я выпустил всех своих односельчан. Сказал, ты велел.

Шаман, как дернется. Глазами засверкал.

- Ты что же уговор наш нарушил?

- Не нарушил. Считай, мне привиделось, что деревню я освободил. А это самые добрые намерения. Ты перед тем, как своих звать, подумай: я тебе перехитрил, значит, сильнее. Убьешь, покажешь своим людям, что тебя обмануть можно. Власть свою потеряешь. Отпустишь, покажешь, что воля твоя такая была и знание волшебное ты получил. А свое слово держу. Расскажу, как огонь в руке носить.

Призадумался шаман. Зубами поскрипел. Губами пошлепал и говорит.

- Рассказывай свою тайну.

***

- Ну, я дурак, и рассказал. Думал, приду в деревню героем. Глаша ко мне как к герою на шею броситься. И будем мы жить добра наживать. А он меня стражам не выдал. Только дух мой из тела выбил, а тело пешком до речки отправил – топиться. Перехитрил меня, значит. Вот так и живу. Глашка моя уже вас внуков нянчит. А я вот призраком вокруг ее дома витаю. Все налюбоваться не могу. Да вас детишек сказками пугаю.

- Ты молодой совсем, - протянула Маруська. – А баба Глаша старая. Только наврал ты все! Спас нас тогда  староста.

- Чего это я наврал? – возмутился призрак. – Все так и было. А староста потом всю славу себе забрал. Да на Глашке женился.

- Наврал. Гоблинов-то не бывает, – сказала Маруська и показала призраку язык.

 


?

Log in